2022 год. Первая командировка старшего сержанта Дархана «за ленточку». Там, на передовой, ему пришлось решать первое боевое преодоление.
- После атаки нациков меня ранило, но слегка. А рядом со мной оказались двое бойцов, которым досталось от «птичек» хохлов гораздо больше: ни идти, ни ползти они не могли. И я стал тащить их потихоньку к своим, но так, чтобы нас не заметили враги. Раны им перевязал, уколы обезболивающие сделал, а уж тащить мне помогали хорошая физподготовка и желание спасти однополчан…
Полкилометра преодолели трое бойцов, но до своих добрались. И когда попали в объятья роты, слёз сдержать не могли. А Дархан (позывной «Тренер») сидел в окопе отрешённый, не понимая до конца, что остался живым…
- Моя первая награда за этот поступок пришла почти через год – медаль Жукова. Радовался ей по-детски. Даже больше, чем спортивному званию – мастера спорта России по боксу, которое получил в 19 лет после побед на чемпионатах флотов и ВМФ…
Из воспоминаний Дархана
Родился Дархан в селе Александров-Гай Саратовской области. В семье бедных колхозников, в которой уже 9-летняя сестра и 4-х летний брат. А вскоре родилась и младшая сестрёнка. Едва подрос парнишка, как на него возложили первые домашние обязанности: заготавливать воду из колодца, который был в полукилометре от дома. А ещё мама поручила младшему сыну (отец умер, когда Дархану было 1,5 года) убирать за скотом. И юный помощник свои обязанности выполнял неукоснительно. Старшая сестра в перерывах между делами, но больше по вечерам учила младших чтению, письму и даже первым математическим сложениям и делениям. В школу Дархан пошёл подготовленным и изучившим букварь от корки до корки. Но уже в 1-м классе его пригласил в секцию бокса родной дядя, который тренировал ребятишек в школе. И начались для первоклассника дни радости: ждал занятий у дяди с нетерпением. Три раза в неделю, когда шли тренировки, он был одержим: бегал, прыгал, отжимался, приседал, работал с «грушей» с таким удовольствием, что дядя даже сдерживал племянника: «Дархан, отдохни немного, не усердствуй так, охладись…»
Но даже подработка в нескольких магазинах: подносил продукты, одежду, овощи – не охлаждали боксёрский пыл мальчика. Усталости он не знал. А тренировок и спаррингов ждал с нетерпением.
- Уже в 3-м классе заработал столько, что хватило маме денег для покупки нам школьной формы, всех учебников, зимней одежды. А в 4-м классе я выступил на первых соревнованиях и стал победителем. Но первый большой турнир состоялся для меня в 14 лет – в городке Свердловске Саратовской области. Все три боя я выиграл с большим преимуществом. И наградили меня не только медалью и грамотой, но 25-тью тысячами рублей. И я попросил тренера Тлепкали Булатовича Габбасова и директора ДЮСШ Ербола Серикбаевича Габбажикова провести в наш дом воду. Отдал им все деньги. Но они взяли 6 тысяч и попросили меня вырыть траншею. Я каждый день, а иногда, если не успевал сделать норму свою, то и ночью копал. Надо было вырыть траншею для труб длиной 10 метров и глубиной чуть более полутора метров. Вырыл вовремя, и воду не надо было носить на коромысле из колодца. Вода была для нашей семьи огромным подарком. До сих пор благодарен моим наставникам за такую помощь!
Учительница русского языка и литературы, классный руководитель Дархана удивлялась его работоспособности: мало того, что учился хорошо, но ещё подрабатывал в 4-х магазинах, тренировался 5 раз в неделю, ухаживал за скотом и помогал младшей сестре по дому…
- Юлия Васильевна Медведева была для меня как мама: она знала всё, что происходило в нашей семье, часто навещала нас, помогала советом, проверяла домашние задания. Но я старался уже на переменах, когда одноклассники гонялись по коридору, выполнять домашние задания, чтобы не отвлекаться от работы и тренировок. Юлия Васильевна удивлялась, когда я успеваю всё выполнять, а ещё поражали её мои способности с 3-х раз запоминать стихи и читать их у доски. А мне нравились стихи, я любил произведения Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Фета, Некрасова… Теперь и сам иногда пишу стихи… О боевых действиях, о товарищах, о любви к Родине, маме, друзьям, спорту… И об обидах своих тоже пишу…
- А о мечтах, Дархан, пишешь?
- Да, обязательно. И первая моя мечта была такая – купить квартиру маме. Дом наш старый, в нём много работы, а мама стала болеть, возраст своё берёт… И я стал постоянно думать о покупке квартиры…
Из воспоминаний Дархана
В армию Дархан отправился прямо из военкомата. Сначала ему предложили поехать на Северный флот, на боевой корабль. Но комиссар военкомата предложил ему, как мастеру спорта, начать службу в «Спутнике» в Мурманской области, где расположились морские пехотинцы. Туда Дархан прибыл с удостоверением из спортивного колледжа, который закончил накануне службы. И уже в «Спутнике» ему посоветовали стать физруком, потому что такой был нужен в воинской части. И офицер-инструктор воинской части Сергей Александрович Иванов проконсультировал новичка, что надо делать, чтобы выполнять обязанности физрука. А делать надо было многое, в том числе и принимать спортивные зачёты у военнослужащих. А не все они могли сдать эти зачёты, а потому Сергей Александрович сразу предупредил: «Будут предлагать деньги. Не поддавайся на уговоры. Понял?» Как не понять: парень вырос на честности в доме, в школе, в колледже… И никаких поблажек однополчанам не давал. Хотя и входил в положение тех, кто по уважительным причинам не мог сдать все нормативы…
Постепенно зарплата росла у Дархана. Он стал откладывать деньги на квартиру маме. А спустя год, в 2016-м, взял кредит, несмотря на высокий процент. И купил однокомнатную квартиру. Мамины слёзы радости и у сына вызвали «мокрость». Но тоже счастливую и душевную…
… Мечта сбылась. Давняя. Но появилась другая – создать в «Спутнике» свою спортивную школу бокса, так как в секции мастера спорта, которую он вёл в «Спутнике», уже тесно стало для занятий, а развитие бокса требовало и определённых мер оснащения тренировок… Занятия продолжались, но мечта не уходила. На чемпионатах СФ и ВМФ выигрывал золотые медали. Перешёл на службу в разведроту. В 2019-м году начальство выделило физруку служебную квартиру. Однажды Дархан зашёл к другу. В подъезде стояли подростки и вовсю дымили:
- Ещё раз увижу вас с сигаретами, уши оторву… Давайте договоримся: приходите ко мне на занятия боксом, а я забываю о ваших «шалостях». Договорились?
Но физрук понимал, что небольшой зал в «Спутнике» явно стал тесен для занятий. И нужна была большая площадь, а ещё лучше – полноценный спортивный зал…
- Я обратился с просьбой о расширении помещения к командиру части. Он доложил о моей просьбе командиру бригады. Тот вызвал меня к себе: «Доложи, что думаешь о дальнейшем пути в боксе?»
Я сразу: «Давайте создадим спортшколу. Её нет во всём Печенгском районе, а желающих заниматься боксом всё больше. И уже в две смены не удаётся всех ребят вместить». И объяснил, как можно организовать СШ, какие предпринять шаги, показал чертёж, свои соображения и планы изложил. Командир задумался: «Думаешь – получится? Не облажаемся? А вдруг народ нас не поймёт?»
…Я развесил объявления на всех углах, ребятам сказал, чтобы передали родителям о собрании, на котором надо решать о создании спортшколы, что решение надо принимать серьёзное, если хотим заниматься в ДЮСШ…
…Командир немного задержался, а когда открыл дверь, где собрались родители и дети, обалдел: столько собралось народа. Разговор был долгим. Дархан провёл открытую тренировку для родителей, а потом попросил их о помощи: собрать деньги для покупки ринга, «груш», перчаток, некоторых тренажёров… Договорились о 3-х тысячах с каждой семьи. И через некоторое время тренер вновь пригласил взрослых посмотреть на новую спортшколу. И все в один голос заявили: «Вот это красота! Вот это настоящая спортшкола!»
- Вскоре я попросил командира дать мне разрешение провести первый турнир в новой школе. Добро получил и стал готовить судейскую бригаду по всем правилам больших соревнований. Объяснял, как правильно оценивать бои, как заполнять протоколы, как считать удары и правильно их фиксировать… И вот наступил тот момент, когда в честь годовщины выхода советских войск из Афгана, к нам в «Спутник» приехали мои коллеги-тренеры из Мурманска: Самоедов, Петрашко, Гавриков – с воспитанниками. Разместил всех в казарме, которую освободили специально на три дня турнира. В столовой кормили ребятишек, готовили сладкие призы… Тот февраль стал незабываемым. А следующий турнир стал ещё многолюднее: уже присоединились команды североморцев (тренеры Нардаев, Полуэктов), кандалакшан (тренер Мехнин), мурманчан (присоединился Гисмеев)… Руководители комитета афганцев Дмитренко и Лозован тоже стали участвовать в организации этих соревнований, помогли материально и морально. А следующий турнир стал вообще многочисленным: с гостями из Карелии 190 спортсменов прибыли. Сослуживцы отдавали свои пайки на питание ребят, шли навстречу в организации турнира… Так было до 2022 года. А в 22-м – меня командировали в Донецкую и Луганскую область. На СВО…
Из воспоминаний Дархана
Третья мечта Дархана Досанова сбылась – создал спортшколу и провёл очень полюбившиеся многим боксерские турниры. И стал задумываться 26-летний тренер о том, чтобы стать офицером. К тому времени он завершил обучение заочно в Саратовском педагогическом университете. Получил диплом учителя физической культуры и спорта. И стал мечтать о том, что после завершения СВО станет тренером-преподавателем в вузе или Нахимовском училище…
…Но шла спецоперация. И вновь, после ранения и долгого лечения в госпитале, отправился «Тренер» на передовую. Затем ещё одна командировка. Ещё ранение. И вновь, после госпиталя, в командировку «за ленточку»… Уже на груди светились и медаль «За отвагу», и медаль «За доблесть», а его заявление о том, чтобы послали учиться «на офицера», зависло в штабе… И вот пригласил группу фронтовиков начальник штаба к себе: «Ну, муд…, заходите…»
- Меня так ужалило такое обращение, что я высказал подполковнику своё недовольство… Это его раздосадовало, но он только ухмыльнулся и опять-таки грубо высказался: «Да пошёл бы ты…» И я написал жалобу Президенту В.В.Путину о таком отношении ко мне штабного офицера… И начались мои страдания: ни в отпуск не отпускали, ни на учёбу в училище, ни перевод не давали подальше от этого штабиста, ни ранения в живот не засчитывали: мол, аппендицит… Так было горестно на душе… Но после очередной командировки на СВО и очередного ранения в ногу, пришла телеграмма: «Направить участника боевых действий Досанова Дархана в Серпухов, в ракетные войска, на учёбу…» В сентябре 2025 года это было. После учёбы мне присвоили звание младшего лейтенанта… И отправили в 7-ю командировку… заместителем командира роты по воспитательной работе…
В той, 7-й командировке произошло зловещее событие с нашим героем: командир роты приказал связаться с 30-ю бойцами, которые засели вблизи прифронтовой линии и не хотели вести активные действия: «Проведи с ними, лейтенант, работу и вдохнови! Надо вернуть им боевой дух и вдохновить на победу…Вперед!»
- Мы находились в положении второй линии, меняя штурмовиков, которые возвращались с «передка». И занимали их позиции, находясь метрах в двухстах-двухстах пятидесяти от нациков… 30 бойцов находились чуть дальше, боясь занять позиции, с которых ушли штурмовики… И я стал пробираться к этим подчинённым, чтобы выполнить приказ командира. Когда обнаружил бойцов, стал убеждать их в том, чтобы взяли себя в руки, не боялись нациков, не прятались от опасности и заняли боевые позиции…
- А ты с нами пойдёшь, лейтенант, нам нравится твоя убеждённость, слова хорошие нашёл для нас, с тобой веселее будет воевать…
- Среди этих бойцов были и зэки, которые будоражили сознание воинов, но исподтишка. А я убеждал всех, что за трусость и невыполнение приказа могла наступить расплата – 10 лет тюрьмы… И за мной пошли все бойцы на оставленные позиции и заняли окопы, которые покинули штурмовики… Нацики вскоре пошли в атаку, их FPV-дроны не давали нам поднять головы и выйти из укрытия… Но мы выдержали атаку и сами пошли вперёд. Но опять-таки «птички» охладили наш пыл, и мы вновь, потеряв несколько человек, заняли свои позиции, укрывшись от дронов…
Долго отсидеться в блиндажах Дархану не удалось. По рации командир батальона приказал: «Тренер», слушай: метрах в 50-ти от вас лежит раненый боец. Нужна помощь. Давай туда. Найди его и перетащи к своим позициям…»
- Пополз. Февраль был не столь морозный, но снег холодный, особенно когда на нём лежишь, прячась от дронов. Добирался до бойца часа полтора. Дополз почти, и в этот момент, когда уже увидел лежащего парня, над ним появился дрон. Он то подлетал к нему и останавливался метрах в двух, то снова поднимался… Боец кричал от страха, закрывая лицо руками… А нацик-дроновод вновь нацеливал дрон на него и останавливал атаку… Потом что-то привлекло дроновода новое и он увёл «птичку» от бойца. Я сразу перебежал к раненому, перетянул ему жгутом ногу, стал тащить в сторону наших позиций… И дрон вновь появился в небе… Я стал расстреливать «птичку», сшиб её и в этот момент понял, что автомат перестал стрелять – кончились патроны. Оглянулся, увидел заброшенный окоп, затащил туда бойца и стал искать укрытие себе, зная, что атака «птичек» вот-вот последует… Увидел нору – какой-то зверь её откопал для себя. Я туда, а птичка уже рядом… Тут и вторая появилась и стала спускаться к моему укрытию, чтобы разглядеть, как меня достать лучше… И в это время, не заметив бугорка, задела за него и взорвалась… Дым, осколки… Я вгорячах не заметил, что осколок достал и мою ногу. Хотел встать, но сильная боль пронзила тело… У меня не было жгута и я стал расшнуровывать ботинки, чтобы шнурками перевязать ногу… И вновь увидел дрон, который завис над моей норой… Мысль пронзила сознание: сейчас пойдёт на меня. Успел снять броник и закрыть вход в дыру, но «птичка» врезалась в броник, отшвырнув меня так, что я влип в земляную щель… Сознание вернулось не скоро, чувствую, что мёрзну… Достал из ранца запасную рацию и стал вызывать своих. Никто не отвечал. Я вновь потерял сознание. Когда очнулся, увидел светящиеся огоньки – это были глаза кошки. Как она попала на линию огня, не знаю, но она прилегла к ноге, и боль отошла. А потом, замерзая, вновь увидел кошку, её горящие глаза, и опять она легла на мою грудь, и мне стало тепло… Вновь отключился… Сколько прошло времени, не знаю, но стемнело густо. В рации услышал голос командира: «Где ты?» Обозначил позицию, рассказал о ситуации… «Жди, часам к 5-00 попробуем тебя и бойца вытащить…» Пришли за нами только часов в 9-00… И доставили на наши позиции. Рана моя гноилась, боль не проходила… Отправили в госпиталь, в Белгород…
- Кошка не приходила ещё?
- Я уж и не знаю, была ли она или мне так казалось, но такие картинки в ту ночь запомнил навсегда…
- Что потом было? Как прошло лечение? Какие планы выстраивал?
- Надеялся, что дадут отпуск. Ещё там, в блиндаже, командир батальона сказал, что представит меня к ордену Мужества. Потом оказалось, что неправильно составили представление, в отпуск меня не отпустили, но лечение продолжилось – стала болеть и кружиться голова. Я хотел, чтобы меня комиссовали по статье, чтобы пенсию назначили, чтобы работу по профессии нашли… Дядя написал, что в Саратове баннер в мою честь вывесили с моими наградами – вот фотография. Но я ещё не видел это вживую, не отпускают пока на родину… И препятствие продолжается. Я уже раскаиваюсь, что написал Президенту жалобу: из-за неё такие муки моральные для меня «выстроились»…
Вместо заключения
3-ю группу инвалидности «выписали» врачи Дархану. Но не по ранению. По иным показателям (см. справку на фото). Но работу Дархан нашёл приличную: в военкомате Мурманска ему предложили майорскую должность: будет заниматься с призывниками и пришедшими с войны бойцами. И постарается найти на полставки тренерскую работу: душа и страсть боксёра в нём живет, и никами ранами и жестокостями войны они из него не убыли…
- Четвёртая мечта, Дархан Ниразатович, сбылась?
- Почти. Но всё же воспитательская работа, тренерская меня манит. Посмотрю, как дальше сложится жизнь. Но многое в ней меня тревожит, особенно в той, что была после написания жалобы Президенту… Какая-то истина не до конца нашла меня в той войне…
Виктор ШУБИН
Фото автора
